Инструменты   Музыканты   Полезное   Архив MP3   stnk   cyco   LINXY   Bonus
 
Fender. История глазами очевидца.
Часть II. Оглядываясь назад

Возможно, кто-то принимает все как должное, полагая, что заслуживает выпадающие ему периоды везения. Уважаемый читатель, могу сказать, что чувствую себя счастливейшим человеком на Земле. Лео была нужна помощь, но из всех кто ему мог помочь, он выбрал меня. Пожалуйста, не осуждайте мою гордость за то, что я был частью истории начального периода Fender.

Наверное, мне надо немного больше рассказать о том, как Лео искал оптимальную диету, и о том, почему я, зная, что он рассчитывает, что я к нему присоединюсь, боялся, что еще ему взбредет в голову. Одним из первых его экспериментов в этом плане стало использование яблочного уксуса в качестве универсального лекарства от всех своих болячек. Он просил официанта принести уксус, и мы добавляли полную ложку этой огненной жидкости в наши стаканы с водой. Это варево надо было опрокинуть до того, как вы осмеливались приступить к своему гамбургеру. Кто бы вы ни были, ожидалось, что за обедом вы будете четко соблюдать этот ритуал.

До того как увлечься уксусом, он верил, что волшебным лекарством является морковный сок. Тогда он (выкручивая мне руку) предложил, чтобы я купил соковыжималку. Я пил морковный сок едва ли не день и ночь в течение почти месяца, пока не заметил изменений в своем состоянии. Я показал Лео свои руки и сказал: «Лео, я, пожалуй, перестану пить сок, а то уже становлюсь оранжевым». Лео смеялся как сумасшедший.

Потом он начал думать, что ответ болезням – капустный сок. Я ему заявил: «Лео, капустный сок я пить не буду ни в коем случае. Я уже стал оранжевым, и у меня нет никакого желания становиться зеленым». Он был снисходителен и не стал меня заставлять, но знаете, я с радостью согласился бы на любую диету, если бы только время можно было повернуть назад и он снова был бы с нами. И как бы я хотел, чтобы он нашел ту диету, которая предотвратила бы болезнь, унесшую его жизнь.

Глава 18. С точки зрения менеджера

Ранее я обещал, что попытаюсь объяснить, почему некоторым сотрудникам не нравилось работать под моим руководством. Я хотел бы также, чтобы вы знали, чего я не приемлю в поведении сотрудников и том, как это отражается на производстве. Считаю, что если человек соглашается занять в компании должность, требующую принятия полезных и целесообразных решений, компания, в свою очередь, имеет право ожидать от такого сотрудника продуктивной деятельности. Меня раздражает, когда один сотрудник тянет другого за собой за фалды. Еще больше меня раздражает, когда компания успешно развивается, а сотрудник бессовестно принимает поощрения за свое весьма скромное в этом участие. Еще одна вещь, которая меня сильно раздражает, это постоянные опоздания сотрудника.

В сферу ответственности главного управляющего входит много неприятных обязанностей. Говорить сотруднику, что его работа неудовлетворительна, объяснять, что и почему он должен делать лучше – задача не из приятных. С другой стороны, если он работает хорошо, его усилия должны быть признаны и отмечены. Вынужден признать, что Лео Фендер был не из тех, кто раздает сотрудникам комплименты. Лео ценил хорошую работу, но не в его природе было говорить об этом сотруднику. Именно поэтому его подарок – часы-барометр с табличкой – так много значил для меня.

Сотрудники знали, что я ожидал от них хорошей работы и производительности, но прежде всего – первоклассного качества продукции Fender. Кто-то из тех, кто у меня работал, может не согласиться, но как руководитель я всегда стремился быть доброжелательным, конструктивным, честным и справедливым. Надеюсь, они понимали, что я всегда старался поощрять тех, кто этого заслуживал.

Я не мог запомнить имена всех наших сотрудников, потому что компания Fender развивалась и росла. Надеюсь, они находили ее хорошим местом, и хотел бы, чтобы все они знали, как высоко я ценю их помощь и сотрудничество в те чудесные первые годы.

Некоторые сотрудники так признательны за те начальные годы своей работы на Fender, что помогают сохранить память о них, делая ностальгические сувениры. Сэм Хаттон был одним из наших самых хороших сотрудников в секции, где занимались обтяжкой корпусов усилителей. Сейчас Сэм мастерит часы в виде передней панели классических усилителей Fender. Он использует ту же ткань и коричневый материал в полоску, которые мы использовали для усилителей в первые годы. Часы можно купить у некоторых дилеров Fender.

Чарли Хейэс, как вы помните, был одним из первых сэйлзов Fender и одним из четырех партнеров, учредивших Fender Sales в 1953 году. В тот день, когда он погиб, он передал мне список правил, который использовал как руководство при продаже фендеровской продукции, и с которым я теперь хотел бы вас познакомить. Заметьте, что дилеры, как и уважаемые музыканты, играющие на инструментах Fender, все являются клиентами.

КЛИЕНТ

  1. Клиент – самый важный человек в нашем деле.
  2. Не он зависит от нас, но мы зависим от него.
  3. Он не помеха нашей работе, он – ее цель.
  4. Когда он звонит, он делает нам честь. Обслуживать его – не значит делать ему снисхождение.
  5. Он не посторонний, а часть нашего дела. Он – наш гость.
  6. Он не статистический показатель. Он человек из плоти и крови, с чувствами и эмоциями, как и мы сами.
  7. Он не тот, с кем нужно спорить или упражняться в остроумии.
  8. Он – тот, кто говорит нам о своих требованиях. Наша работа – выполнять эти требования.
  9. Он заслуживает самого вежливого и внимательного отношения, на которое мы только способны.
  10. Он – жизненная сила этого и любого другого бизнеса.

Интересно, что бы сказал Чарли Хейэс, если бы услышал то, что мне недавно рассказал Спиди Уэст. Спиди сказал, что Элден Шемблен (Elden Shamblen), игравший с Бобом Уилсом и Texas Playboys, весной 1991 года продал свой Stratocaster 1954 года Академии бальных танцев Каина в Тулсе, Оклахома, за 12,500 долларов. Вау! Если бы я только знал об этом в 1954 году.

А вот еще один пример того, как популярен Fender Stratocaster. Основатель Hard Rock Cafй заявил, что собирается строить за 75 млн долларов отель-казино в Лас-Вегасе, Невада, который будет «полным безумством», с игорными столами в форме гитар и другой подобной атрибутикой. В пресс-релизе говориться, что холл здания будет украшать 130-футовая гитара Fender, врезающаяся в крышу. Лео Фендер на заре своей деятельности и мечтать не мог, что 130-футовый Stratocaster вонзится в крышу отеля-казино в Лас-Вегасе.

Одно из словарных определений азартных игр – «рисковать с целью получения определенной выгоды». Если это действительно так, то покажите мне человека, который никогда не играл. Лео не был гэмблером в лас-вегасском смысле, но он был игроком. Большим игроком. Когда он начинал свое дело, он поставил на кон все имущество – все свои деньги, свой дом. Он залез в долги. Он рисковал, когда стремился к тому, чтобы создать лучшие в мире усилители и гитары. И через много лет тяжелой работы он выиграл. Риск окупился сторицей – для его личного финансового состояния, состояния его сотрудников, многочисленных дилеров Fender, тысяч музыкантов, для славного места в истории – потому что имя Fender останется жить. Лео Фендер стал подлинной легендой своего времени.

Надеюсь, что мне удалось дать вам более полное представление о том, что же действительно происходило на Fender в начальные годы. Эта история основана на моих собственных документах и подкрепляется тем фактом, что когда все это происходило, я лично служил у моего друга Лео Фендера в качестве вице-президента и главного управляющего великой компании Fender Electric Instrument Co., Фуллертон, Калифорния.

Надеюсь, вы понимаете, что я не держу никакого зла ни на кого из тех, с кем работал на Fender. Признаю, что некоторые из их поступков меня больно ранили, особенно это касается тех, кого я считал своими друзьями. Но жизнь слишком коротка, чтобы концентрироваться на негативе. Я бы лучше думал о том, что происходило хорошего. А его было немало.

Меня часто спрашивали, как я оставил отличную работу на Fender из-за того, что отказался одобрить выпуск усилителей, недостойных имени Лео. Но ведь Лео был моим другом, и я знал, что он бы не одобрил те усилители, которые CBS хотели мне поручить делать. Из-за коммуникативных проблем мне не удалось высказать высшему руководству свои сомнения по поводу их конструкции.

Лео говорил мне, что считает меня своим лучшим другом в этом мире. Хорошим же был бы я другом, если бы не защитил те конструкторские принципы, которые он исповедовал! И как бы я после этого смог оправдать его слова о нашей дружбе? Я единственный был настолько верен Лео, что уволился, но не променял дружбу на зеленую бумажку. Не забывайте об этом, когда кто-то из бывших сотрудников раннего периода или их «группы поддержки» станут утверждать или намекать, что они были близкими друзьями Лео. Спросите их, как они засвидетельствовали Лео свою верность и дружбу, когда дела шли плохо и их просили помочь выпускать усилители, которые он бы не принял. Я считаю, что верность - это дело чести.

Если бы мне пришлось выбирать, сегодня я поступил бы так же, как и в день своего увольнения. Считаю, что только так я мог отплатить Лео за то доверие, которое он мне оказывал. Надеюсь, мои объяснения снимут все те вопросы, которые по этому поводу могут возникать.

Если вы в чтении о человеческих качествах Лео Фендера, об истории Fender начального периода глазами очевидца находили удовольствие хотя бы вполовину того, что испытывал я, когда это писал, то усилия были потрачены не даром. Те, кто участвовал в этих событиях, подтвердят вам, что я был точен, рассказывая о происходившем.

Надеюсь, вы получите удовольствие и от второй часть этой книги, в которой прочтете о вкладе Лео в чудесный мир музыки.

И как я сказал своим сотрудникам, когда уходил с CBS: «Берегите и держите марку Fender так высоко, как только сможете».