Инструменты   Музыканты   Полезное   Архив MP3   stnk   cyco   LINXY   Bonus
 
Fender. История глазами очевидца.
Глава 3. 1945 г. Fender Electric Instrument Co.

После того как Док ушел, Лео сделал еще несколько гитар K&F, а также до конца 1947 года продолжал работать в своей радиоремонтной мастерской. В то время он поручил присматривать за ней своему работнику Дэйлу Хайату (Dale Hyatt), который работал у него с 1946 г. Однако, по ряду обстоятельств «Радиоремонт Фендера» навсегда прекратил свою деятельность в 1951 г.

В 1945 году Лео покупал электронику для нужд своей мастерской у компании Radio&Television Equipment Co. в Санта Ана. Компанией владел Фрэнсис Холл (Francis Hall). Он предпочитал представляться как Ф.С.Холл, так что из уважения к нему мы далее будем называть его именно так. Дон Рэндалл (Don Randall) был главным менеджером по продажам, то есть тем конкретным человеком, кто звонил Лео по вопросам поставок. Мне рассказывали, что Дон заинтересовался экспериментами Лео и Дока с усилителями и гитарами, и подталкивал Лео вплотную заняться их производством. Кроме того, мне говорили, что Дон продвигал идею сделать Radio&Television Equipment Co. эксклюзивным дистрибьютором всей будущей продукции Лео. Судя по всему, Лео и Ф.С.Холл считали эту идею Дона неплохой, потому что в 1946 г. Radio&Television Equipment стали дистрибьютором Fender Electric Instrument.

В то время как решался вопрос с дистрибьютором, Лео занимался возведением двух ангаров 30 на 60 футов из листового железа, строившихся на Santa Fe Avenue в Фуллертоне. Когда строительство завершилось, он перевел в них свое производство. Так в 1946 году он получил два новых помещения и нового дистрибьютора.

Как говорил Лео, когда он переехал в эти два ангара, он получил столько места, сколько у него не было никогда в жизни. Они казались ему невероятно огромными. Однако удобства в них были далеки от идеала. Чтобы воспользоваться туалетом, надо было перейти улицу и еще пройти с квартал до железнодорожной станции Санта Фе. Не особенно приятная прогулка, особенно в зимний период.

Но и условия для работы в этих листовых постройках были не лучше, чем удобства. Только представьте, как они нагревались летом, и как холодно в них было зимой. Рассказывая об этом, Лео говорит, что в них могло быть и опасно. «Где-то году в 1949 мы начали использовать для покрытия корпусов гавайских стил-гитар ацетатное волокно, а чтобы оно оставалось теплым, ставили возле него паяльную лампу. Думаю, если бы что-нибудь случилось (он имел ввиду взрыв), мы бы взлетели с нашим ангаром до небес. Была такая обстановка, что когда к нам пожаловал инспектор пожарной охраны, он только заглянул в дверь и тут же побежал до ближайшей телефонной будки, звонить нам оттуда, так испугался».

Жаль, что вы не слышали, как он смеялся, рассказывая эту историю. Но если вам доводилось нюхать испарения нагретого ацетата, вы поймете, почему инспектор пустился бежать. Ощущения такие, будто вы стоите около бомбы со взведенным часовым механизмом. Лео здорово повезло, что он не взорвался вместе со своими ангарами и всем живым в округе.

Уверен, что истории Лео об ацетатном лаке кого-то могут привести в замешательство. Вот как он это описывал. Ацетат использовался в виде листового пластика цвета под жемчуг. Из него вырезались заготовки необходимого размера, в зависимости от формы деревянного корпуса гитары. Когда вы нагреваете ацетат, он становится очень пластичным, и его можно оборачивать вокруг корпуса, сверху, по бокам, снизу, расправляя и прижимая к корпусу. Вы удивитесь, но ацетат натягивается на него как перчатка. Затем вы обрезаете излишки материала по обратной стороне, где-нибудь на дюйм-полтора от края, и приклеиваете на нее кусок войлока – и у вас в руках отличный корпус инструмента, готовый к дальнейшей сборке. Знаю это так подробно, потому что все делалось так и тогда, когда я в 1951 году побывал там вместе с Лео.

Лео не говорил, почему он стал использовать небезопасный ацетат, но я слышал об одной такой возможной причине. Хорошо известно, какая отличная мебель издавна делается из дуба. Лео тоже пробовал делать гитары из дуба. Не знаю точно, какой именно дуб, но после того, как эти несколько гитар были проданы, начались проблемы. Выделяемый дубом сок, живица, полностью уничтожал хромированные части инструмента. Я видел один такой в 1951 году, это было просто полено. Когда все эти инструменты вернулись, получился славный костер.

Несколько следующих лет были для Лео не самыми удачными. Начать с того, что он делал все возможное, чтобы остаться на плаву в плане кредитоспособности. Он пытался поддерживать работу свой радиоремонтной мастерской, и одновременно – конструировать новые модели гитар и усилителей. И не забывайте, у него был новый дистрибьютор, ожидавший продукции для продажи дилерам.

Лео не очень одобрял союз с новым дистрибьютором. По правде сказать, он просто был им категорически недоволен. Он говорил: «Те годы были просто адом каким-то. Кажется, я работал с шести утра до двенадцати ночи. Новой торговой марке очень трудно завоевать репутацию. Без рекламы нас никто не знал, подтолкнуть продажи было нечем. Чтобы свести концы с концами, я вынужден был учитывать каждую копейку. Я был недоволен нашим новым дистрибьютором (Ф.С.Холлом), он раньше работал экспедитором, и никогда не занимался рекламой».

К концу 1946 года Лео делал одногрифовую гавайскую стил-гитару, которую он называл Deluxe, с шестью или восемью струнами. В начале 1947 года он сделал модель, которую в литературе по маркетингу называют первой стил-гитарой Dual 8 Professional, она досталась великому стил-гитаристу Ноэлу Боггсу (Noel Boggs). Ноэл, игравший с Бобом Виллсом (Bob Wills) и его группой His Texas Playboys был первым известным музыкантом, начавшим использовать Fender. Я имею в виду, он был восхищен звуком и исполнительскими возможностями новой Dual стил-гитары Лео и его новым усилителем. Откуда я это знаю? Так сказал мне сам Ноэл после того как я стал работать у Лео.

Эти двугрифовые сокровища (а по своему звучанию и внешнему виду они и были сокровищем) назывались Dual 6 или Dual 8, естественно, в зависимости от количества струн. Они оборудовались датчиком Лео, тем самым, в котором струны проходили через катушку (Лео называл его Direct String), и выдавали чертовский звук и сустейн. По мне, это были лучшие звукосниматели из тех, что Лео когда-либо делал для стил-гитар.

Я так увлекся гитарами, что забыл рассказать вам о новых усилителях. К началу 1947 года Лео построил две новые модели: Pro Amp с мощным 15-дюймовым динамиком Jensen, и Dual Professional с двумя десятидюймовыми динамиками Jensen. Они были предназначены для профессиональных музыкантов и имели твидовое покрытие. На этих моделях Лео впервые смонтировал панель управления вверху. Это была хорошая идея, поскольку теперь настройки находились вверху усилителя и музыкантам было легче до них добраться. Поначалу кое-кто из конкурентов воспринял это новшество скептически, ведь устанавливать панель вверху, с лампами «вниз головой» было достаточно безумной идеей. Но со временем выяснилось, что беспокоиться здесь не о чем, и все начали монтировать панели управления на своих усилителях точно так же. В будущем производители музыкальных инструментов и усилителей еще не раз будут копировать идеи Лео.

Но давайте не отвлекаться от нашей истории. (В те первые годы происходило столько всего, что очень трудно избежать смены темы). Лео делал свои первые полностью деревянные усилители примерно с середины 1946 года до середины 1948-го. У них были тяжелые деревянные корпуса, покрывавшиеся несколькими разными слоями лака. Лео говорил, что они скреплялись железными уголками. Но даже эти корпуса были отнюдь не так как крепки, как у Pro Amр и Dual Professional с уголками в виде голубиного хвоста.

Прежде чем я продолжу, пара слов фанатам рок-н-ролла: этой музыки тогда еще не было, парни! Это еще только 1947 год, и Teleсaster еще не существует даже у Лео в голове. Так что потерпите, пока я расскажу тем, кто постарше вас, о помогавшим нам скоротать досуг.

Как я уже сказал, зажечь звезду Лео Ноэл Боггс помог больше чем кто-либо из музыкантов. Шеф Боггса Боб Виллс просто не позволял пробовать другие усилители после того, как Ноэл дал ему воткнуться в новые профессиональные модели Лео. В те времена, когда Лео набирал обороты, Ноэл играл еще и с группой Спэйда Кули (Spade Cooley). Позднее он стал постоянным участником радиошоу Джимми Уэйкли (Jimmy Wakely) на CBS. Для молодежи надо, наверное, сказать, что Джимми был одним из поющих киноковбоев. Трио Джимми Уэйкли много лет были участниками субботних вечерних радиошоу Джин Отри (Gene Autry) Melody Ranch на CBS (мы с Джимми со временем крепко подружились, и когда несколько лет назад он умер, я был одним из тех, кто помогал провожать его в последний путь). Вот что Джимми написал о Ноэле:

«Ноэл Боггс, без сомнения, сегодня один из самых копируемых стил-гитаристов, и тому есть две причины. Во-первых, это великолепный звук, который он извлекает из своего непростого инструмента, и во-вторых, тот факт, что это исполнитель, таланты которого проявляются в различных музыкальных стилях.

Ноэл родился в Оклахома Сити, и его первые профессиональные выступления состоялись с местной кантри-группой, игравшей на танцах. В то период, когда он пробовался на радио WKY в Оклахома Сити, Ноэл постоянно выступал в городе на джемах. Не довольствуясь просто зарабатыванием денег, Боггс стремился совершенствовать свою игру на любимом инструменте, чтобы доказать, что стил-гитара может звучать не только в гавайских составах и кантри-группах. Для талантливого артиста, как он, это было непростой задачей, поскольку сам он добился большого успеха, записываясь с такими артистами, как Боб Уиллс, Спэйд Кули и другими кантри-исполнителями, включая автора этих строк. Соответственно, как это обычно бывает в шоу-бизнесе, появилась определенная репутация, и к Боггсу приклеился ярлык кантри-музыканта.

Чтобы избавиться от этого стереотипного и ограничивавшего его восприятия, Ноэл организовал небольшую группу и начал выступать в различных клубах, в том числе 17 недель в году в Plaza Hotel в Голливуде и другое время – в Рено, Лас-Вегасе, Тахойе.

Между тем, волшебная музыка Ноэла Боггса прозвучала в нескольких саунд-треках, включая завоевавший награды трек к фильму «Война миров» студии Paramount.

Уверен, вы согласитесь, что с тех пор как Ноэл Боггс покинул Оклахома Сити, он сильно изменил мир стил-гитары.

Джимми Уэйкли»

Лео Фендер ценил большую помощь, которую Ноэл Боггс оказал ему в те первые тяжелые годы. Уверен, что Лео хотел бы, чтобы я высказал Ноэлу благодарность за его вклад в успех Fender.

Как отметил Джимми Уэйкли, Ноэл поработал над саунд-треком к «Войне миров». Когда в следующий раз будете смотреть этот фильм, не забывайте, что вы слышите там не звук лазерных пушек марсиан. Это Ноэл ведет слайд по струнам своей большой великолепной стил-гитары Fender.

К концу 1947 года Лео Фендер был все еще недоволен названием своего усилителя с двумя десятидюймовыми динамиками, и переименовал его из Dual Professional в Super Amp.

Не был Лео доволен и своим дистрибьютором, Radio&Television Equipment Co. «Все это время они совсем не занимались продажами наших гитар. Они просто сидели у себя в гараже, а гитары поедали термиты. Мы ничего не слышали о термитах до тех пор, пока нам не начали звонить дилеры, рассказывая о дырках в гитарах. Кончилось все тем, что мы забрали у них 500 гитар и вынуждены были сжечь их все. В добавок ко всему этому, я вел судебное разбирательство сразу с четырьмя людьми (он не говорил мне, с кем именно) и вынужден был искать новое помещение, потому что в радиомастерской не хватало места».

Я много думал о том, что Лео сказал насчет термитов. По правде говоря, его высказывание, видимо, лишь только часть той истории. Такое впечатление, что некоторыми из тех 500 гитар, что он сжег, были те самые дубовые «бомбовозы», которые он отзывал. Не думаю, что у вас могут возникнуть проблемы с термитами после того, как корпуса были отлакированы. А если они все-таки возникли, значит, термиты уже были в дереве еще до того, как оно подверглось обработке. Говорю это, опираясь на свой опыт. Я действительно видел горки опилок (можно их назвать и отходами жизнедеятельности термитов) в футлярах рядом с отверстиями, которые термиты проточили, выбираясь из дерева наружу. Видел это не один раз. Рассказываю это не потому, что хочу сказать, что Лео ошибался насчет тех инструментов, что он сжег. Знаю, однако, что Лео чувствовал себя неловко из-за этих дубовых корпусов, которые пришлось забирать назад. Он очень мало говорил об этом. Поймите правильно, Лео был гордым человеком - не тщеславным или эгоцентричным, а именно гордым.

Следующая история даст вам кое-какое представление о том, что думал Лео, когда конструировал. «Занимаясь ремонтом и решая проблемы других людей, - говорил он, - я всегда замечал изъяны в конструкции инструмента, которые полностью перевешивали необходимость его починки. Если легко чинить, то легко и делать. Конструкция каждого элемента должна быть продумана таким образом, чтобы ее можно было легко изготовить и легко ремонтировать». Вот так Лео подходил к конструированию всего того, что он делал. Я хотел бы, чтобы вы это запомнили, потому что позже я еще вернусь к этой теме. Это была одна из причин моей отставки с CBS Musical Instruments.

1948 год стал очень важным в истории Fender. В этом году Лео создал модели усилителей Champion 800, Princeton и Deluxe с твидовым покрытием. В этом же году он начал работу над конструкцией его первой «обычной» цельнокорпусной электрогитары, которую он назовет Broadcaster, а затем изменит это название на Telecaster. В этом году Лео нанял Джорджа Фуллертона (George Fullerton) для работы над производством. Позднее Джордж сыграет важную роль во внутренней истории Fender. И это та роль, которая важна и для меня – в том же году я встретился с Лео Фендером. Мог ли я знать тогда, что он окажет больше влияния на всю дальнейшую мою жизнь, чем кто-либо другой.