Инструменты   Музыканты   Полезное   Архив MP3   stnk   cyco   LINXY   Bonus
 

Zakk Wylde

«Это падение цивилизации!», - ржет Закк Вайлд, звоня из своего дома в пригороде Лос-Анжелеса. «Я только что выиграл номинацию «Самый Сексуальный Рокер» в журнале Revolver. Я сказал своей жене Барбаренне – крошка, ты кувыркаешься в постели с крутым ёбарем!». Надо будет навестить пацанов в гей-борделе, проверить, как теперь они оценят мой зад!»

Воодушевленному оказанной почестью Вайлду требуется несколько минут, чтобы успокоиться. После еще нескольких смешков и хохотков, он наконец готов поговорить об очередном альбоме Оззи «Black Rain».

Гастрольная машина прогревается, так что пора загонять парней на репетиции, и смастрячить программу. Оззи, как всегда, скажет, что устает после трех песен, и нам надо будет ввести в программу эти новые песни. Что за гимор это будет. Я просмотрел бэк-каталог Оззи, там под сотню песен. Мы могли бы сделать из полного списка пятичасовой концерт с антрактом, как у Спрингстина, но Оззи просто изойдет дерьмом, если я это ему предложу. Это будет типа: «Теперь я точно знаю, что вы задумали меня угробить, отсосы хреновы!» (смеется)

Оззи говорил мне, что запись создана в Pro Tools – вы пришли, набросали всяких риффов, а потом их в цифре собрали в песню.

Нифига, чувак. Мы сделали альбом точно так же, как я делаю на в BLS. В данном случае мы с Майком пошли в репетиционную, что в доме Оззи. Я раскочегарил Marshall, и мы начали мочить. Мы сварганили все песни целиком – риффы, куплеты, припевы, отбивки, подклады под соло – полный компот. Мы все это записали, и потом я сказал Оззи: «Ну, что, босс, вот здесь тебе петь. Пой, что в голову взбредет». Я не знаю никаких других способов работы над альбомом. Я как Суповой Нацист из «Seinfield»: вот мои ингредиенты, вот твой суп, получай. Не нравится – пшолнах! (смеется). Я ненавижу, когда эти ебланы, которые вообще не при делах, приходят в студию и начинают давать советы, как должна выглядеть песня. Кто-то собирается меня учить писать песни? У меня тоже есть совет: идите-ка отсюда нах! (смеется)

Когда вы с Майком работали над песнями, Оззи был поблизости?

Он заглядывал, но это было так: (имитирует нытье Оззи) «А-а-а, Зак! Ты убиваешь меня этим своим шумом!». А я ему: «Оз, тебе кажется, что тут громко? Дождись, когда мы выйдем на сцену. Это будет как атомный взрыв у тебя в ширинке!». (смеется). Кроме шуток, у нас на сцене так громко, стоит только дыхнуть в микрофон Оззи, как тебе череп разнесет. Вот это и есть громко!

Итак, возвращаясь к вопросу пре-продакшна...

Да не было никакого пре-продакшна. Мы с Майком пошли и накидали все хозяйство. Да, мы записали это в Pro Tools, но мы джемовали на полную катушку и сделали законченные песни. Это не было как в меню китайского ресторана: берем этот рифф, засовываем его в ту секцию, а тот рифф – в эту. Ни хрена. Мы писали песни. Мало того, я прописал и бас, чтобы Бласко, когда дойдет очередь до него, мог бы из чего-то исходить.

Есдинственное, когда Pro Tools реально задействовались, это когда нам надо было перетащить партию из одного места в другое. Вот и все. Идея-то в чем: работа над записью должна быть простой. А то получится, что ты пошел к дантисту, заделать пяток дырок, а тебе в итоге калоприемник на пузо навесили. Понятно? Вся эта путаница. Альбомы надо делать совсем наоборот.

Было непривычно работать с трезвым Оззи?

Да нет. Обычно он всегда трезв, как стеклышко, когда записывает вокал. У него была своя фишка – поет, пока не выдохнется, потом идет и нажирается в стельку. Так было на каждом альбоме. А если говорить о угаре... Я помню, на «No More Tears» он постоянно был в полном невменозе. Он нахерачивался, когда никого не было рядом, когда он записывал вокал в студии. Он бухнет, нюхнет, курнет, а затем срывает голос!

Понятное дело. А выходил он на сцену в угаре?

Нет. Во всяком случае, со мной.
После шоу? Забудьте об этом. «Тур No Rest For The Wicked»? Мы идем в паб, там он нажрется в сопли, заблюет весь стол, после чего нам приходится его утаскивать.

Хорошие времена.

О, да. На следующий день он просыпается – глаза ясные и хвост пистолетом. И ничего не помнит о вечере накануне! У него здоровье, как у слона, скажу я вам.

Единственный раз, когда пьянство было проблемой во время записи, это когда мы работали над «Miracle Man». Он прослушал ее бухой, и начал: «Это же полный отстой! Это худшее, что я слышал в своей жизни». На следующий день он приходит трезвый и говорит: «Господи, это замечательно. Я люблю эту вещь». Это продолжалось несколько дней. Наконец, я сказал: «Эй, босс, ты слушаешь одну и ту же хренову песню каждый день. То ты ее любишь, то ненавидишь. Определись же!» (смеется)

Теперь, когда он трезвенник, он более собран?

Да, думаю. По-своему. (смеется).
Оззи – это Оззи. Он уродился не таким как все.

Вы ощутили какие-то перемены в своей игре на этом альбоме?

Неа, все по-старому. Разве что я использовал педаль фейзера MXR Eddie Van Halen Phase 90 на паре соло. Я просто придуривался, играя тэповые штуки чисто по приколу.

О каких соло Вы говорите?

Немного тэпа в «Never Gonna Stop». В песне было настроение старых, добрых 80-х, и я подумал, что в соло не помешает немного фишки в духе эпохи.

Сколько дублей понадобилось, чтобы придти к нужному варианту?

Всего один. Если не получается за один-два дубля, уже ничего не получится, чувак. Вот мой секретный рецепт соло: приходишь, засаживаешь пару пива, жмешь на запись, фигачишь соло, и бум! – все готов. Если требуется намного больше этого, тут я ничем помочь не могу.

Какая-то гитара была у Вас основной при записи этого альбома?

В основном я использовал «Rebel» - Les Paul утыканный пивными пробками.

Гитара на «Not Going Away» звучит весьма низко. Какой у нее строй?

Все на альбоме записано в Ре. На этой песне я перестроил шестую в Си. Я думаю, в Pro Tools с гитарой похимичили, чтобы она звучала еще ниже. То же самое с «Countdown Begins». В ней супер-низкий строй.

Ваши соло в «Black Rain» и «Thank God For The Almighty Dollar» имеют откровенный восточный колорит.

Абсолютно. Я думаю, в ту неделю я обслушался Zeppelin. Вот чем была тогда забита моя голова – хотя обычно это задница! (смеется).

Соло в «Silver» тянет на ваш самый безумный, навороченный запил. Не уверяйте, что это с первого дубля.

Ну, тут может была и парочка (смеется). Это все вопрос настроя, парни. Когда я задумываю соло, я спрашиваю себя: будет ли это в настроении Эла Ди Меолы или Девида Гилмора? Это будет мелодично, или я начну извергать вулканом винегрет из нот? Как только, я определился, я готов. Но да, это соло довольно завернутое.

Что Вы думаете о текстах Оззи на этом альбоме? Многие из них весьма политизированы.

Оззи всегда в курсе происходящего в мире. Он смотрит новости, читает газеты. Понимаете, все считают, что это бормочущий недоумок, но должен сказать, он поумнее многих. Он по-житейски умен.

Какие-нибудь из его текстов Вас коробят? Вы когда-нибудь спорили о своих взглядах на войну в Ираке?

Тексты – это епархия Оззи. Когда я в своей собственной группе, да, тексты песням пишу я, и говорю, о чем в голову взбредет. Но у Оззи меня волнует только то, как рвать задницу в плане гитарной игры.

Чему, по-Вашему, Вы научились как гитарист за годы с Оззи?

Научился? Смотрите на это так: когда я пришел к Оззи я был отстоем, а сейчас я даже в отстой не гожусь! (смеется). Не могу найти слов, чтобы описать, насколько все хреново. Надо залезть в энциклопедический словарь, и раскопать что-нибудь подстать моему ничтожеству.

Но Вы самый сексуальный рокер по мнению Revolver.

Что да, то да, чувак. Этого у меня не отнять! (смеется)

Как на Ваш взгляд изменился Оззи за те годы, что Вы с ним?

Он, такой же, блин, что и всегда был. У него сердце больше, чем он сам. Он с себя последнюю рубашку снимет. Я молюсь на землю, по которой он ходит, и я не шучу. Единственное, что изменилось, ему пришлось завязать с бухлом и наркотиками. Я имею, что если он в угаре, это не то, что мы с вами пойдем в загул на денек-другой. Мы с вами можем прошвырнуться по ирландским пабам Нью-Йорка, но после того, как оттянемся, вернуться в реальность. У Оззи никакого возврата из угара нет. Я могу принять пару пива за ужином, но тем и ограничиться, и отправиться домой. Оззи выпьет пару пива, потом ломанется закинуться дурью, и дня три ты не знаешь, где его носит. (смеется)

Я помню, раз в туре, мы завалились в сумасшедший бар, где играл кавер-бэнд. Я к тому времени уже порядочно накидался, но Оззи был ужратый в хлам. Он вытащил меня на сцену, нацепил на меня гитару, и мы начали играть «Crazy Train» с этой группой. Им сорвало башню, потому что они играли с Оззи Осборном. Это было величайшее событие в их жизни.

В общем, после того, мы оказались у кого-то из них на хате. Я пил Crown Royal, но Оззи был уже без контроля. Он нюхал кокаин и курил траву с этими подонками. Это продолжалось целую ночь. Не успел я оглянуться, как уже встало солнце. Я глянул на Оззи и говорю: «Эй, босс, ты знаешь, нам сегодня играть?». А он: «Да ну, Зак, давай потусим еще чуток». А я: «Эй, потеха закончилась, друг. У нас концерт. Давай отрывай свою задницу, и пошли отсюда!».

Вы называете его «босс», но, похоже, можете и приструнить.

Приструнить Оззи? Нет, такого никогда не бывает. Это была безумная ночь, и мы дошли до точки, когда пора было валить на хрен. Это было: «Оз, мне что тебя отсюда силком уволочь? Мне не хочется, чтобы Шарон порвала мне задницу на британский флаг за компанию с тобой, из-за того, что ты кумаришь с этими мудаками».

А кто приструнит? Шарон?

Именно, чувак. И моя жена Барбаренна. Не думайте, что я на нее наезжаю. Она моя дорогая, драгоценный ангел, но если мне приходится мне с ней сцепиться, то получаю такую взбучку! (смеется)

Guitar World
перевод - Александр Авдуевский