Инструменты   Музыканты   Полезное   Архив MP3   stnk   cyco   LINXY   Bonus
 
DAVE NAVARRO

Из утробы своего одержимого дома, Dave Navarro из Red Hot Chili Peppers рубит благословенные риффы и отважно противостоит своим демонам.

Неподалеку от одной из узких, ветренных улиц, ведущих в Hollywood Hills стоит дом Navarro. Снаружи жилище гитариста Red Hot Chili Peppers выглядит вполне ординарно. Но внутри оно бы лучше подошло для загородного дома семейки Адамсов. Стены и мебель обшиты темным вельветом. В гостинной два черепа и статуи-близнецы языческого бога Pan граничат с серебряным распятьем. Сверху висит распечатка картины Andy Warhol "Электический стул". В качестве столика для кофе служит гроб. Внизу, в спальне, вяло раскинулся на диване человеческий скелет. Еще один висит рядом с кроватью.

Внезапно Dave Navarro просит прощенья и возвращается минуту спустя с большой черной винтовкой. "Это для самообороны" - говорит он и показывает, что она на самом деле не заряжена. "Представь, что ты грабитель. Вначале ты слышишь это" - говорит он, снимая винтовку с предохранителя с громким щелканьем. "Потом ты видишь вот это" - продолжает Navarro, включая фонарик, приделанный к дулу. Луч света настолько ярок, что способен ослепить потенциального нарушителя, напугать его и заставить отступить. "Вот в чем дело" - говорит Navarro. "Я не хочу стрелять в людей".

Navarro пережил трудную юность чтобы показать себя как одного из самых влиятельных гитаристов своего поколения. Его эмоциональная, захватывающая гитарная работа с Jane's Addiction внесла огромный вклад в формирование звучания всего альтернативного рока девяностых. В 1993 он перешел в Red Hot Chili Peppers и его огненные пальцы показали себя на альбоме One Hot Minute. Он смазывает мелодии скользкими фанковыми ритмами и мощными риффами, наполняет песни странными звуковыми перепадами, вплетает всюду свои безбашенные солирующие партии.

Navarro недавно развелся и, очевидно, расставание не было простым. В своей кухне, в шкафу он хранит коробку, заполненную своими сольными записями, cd, которые он записал и изготовил на своей домашней студии. Этот альбом рассказывает о его чувствах по поводу неудавшегося брака. На обложке изображена бывшая жена Navarro, вырезающая у него на груди свое имя, его кровь струится по буквам. Внутри на фото показано его свидетельство о браке, запачканное каплями крови. Остается только представить какая на этом диске может быть музыка.

"Это довольно интересно" - говорит Dave. "Но я не хочу, чтобы кто-нибудь когда-нибудь это услышал. Это одно из того, что я сделал вот тут у себя (имеется ввиду его домашняя студия). Эта запись полна ненависти и горечи. Я не думаю, что оттуда можно почерпнуть позитивную энергию. Моим первоначальным намерением было просто отдать кучу таких дисков в музыкальные магазины даром. Просто положить их, и если кто-нибудь заинтересуется, то он просто может взять. Но когда диск был закончен, то он оказался довольно негативной вещью и наверное болезненной для моей жены. Также он раскрывает кое-какие мои секреты. И когда cd были изготовлены, я решил, что они останутся у меня дома. Вот они и болтаются у меня на кухне. Я хочу от них избавиться."

Несмотря на все то, что вы сейчас прочитали, Dave ни в коей мере не монолитное черное создание. У него потрясающее чувство юмора и он излучает спокойное добродушие. Но чего не скажешь, так это то, что приятно сидеть в гостиной, заполненной скелетами, и разговаривать.

GUITAR WORLD: Как часто говорят по телевизору, в твоей жизни есть сильная черная половина. Что является ее причиной?

DAVE NAVARRO: Вообще это исходит от того, что мне пришлось в своей жизни пройти через кучу всего. Я поборол пристрастие к наркотикам. Я пережил убийства моей матери и тети. (бывшим дружком его матери, когда Navarro было 15 лет.) Я жил без отца. Проводил много времени с неправильными людьми. Тебя запросто могли ударить в спину, была бы возможность.

Также потому, что теперь я готов ко всему этому. Но в то же время я чувствую, что у меня неплохой жизненный опыт и здоровое чувство юмора по поводу своей жизни. Я чувствую себя очень удачливым.

GUITAR WORLD: Помогает ли тебе темное искусство и музыка иметь дело с темной стороной твоей жизни?

DAVE NAVARRO: Когда я слушаю действительно темную, мрачную музыку, на меня находит озарение, что я не один, что я не сумасшедший. Это немного успокаивает.

GUITAR WORLD: Теперь когда ты записал One Hot Minute и съездил на тур с Anthony Kiedis, Chad Smith и Flea, чувствуешь ли ты себя полностью оперившимся красным горячим чилийским перцем?

DAVE NAVARRO: Иногда да. Сечайс я чувствую себя полноценным перцем, потому что ко мне в дом вламываются. И это от того, что я делаю. Иногда я так не чувствую. Иногда я просыпаюсь и хочу, чтобы никогда им не был. Но я думаю, что это часть меня. Я вообще часто не знаю чего хочу. Но в общем и целом я вполне счастлив тому, что я есть и что я делаю.

GUITAR WORLD: На One Hot Minute есть много вещей с совершенно разным настроением. Причины этих спадов и возвышений лежат в процессе становления тебя как члена группы?

DAVE NAVARRO: Вполне возможно. В любых взаимоотношениях сначала ты себя не очень комфортно чувствуешь. И я не был в этой команде. Иногда и сейчас я не в ней. Это случается когда ты работаешь с людьми дни за днями. Это не всегда просто, но и не всегда сложно. Это так, как я сказал выше.

GUITAR WORLD: Какая была твоя главная гитара и усилитель на One Hot Minute?

DAVE NAVARRO: Я использовал Marshall JCM900 для большинства трэков, иногда это был старый Silvertone. Из гитар в основном различные страты от Fender Custom Shop и несколько Paul Reed Smith.

Я играл на Paul Reed Smith последние дни в Jane's Addiction. Но они звучали слишком плотно, тяжело для ранних вещей Red Hot Chili Peppers, и я купил Fender Custom Shop Strat. Также у меня есть Parker Fly, я ее использую на сцене в таких песнях как "My Friends". Эти гитары замечательно звучат.

GUITAR WORLD: Чем отличается быть на сцене с Red Hot Chili Peppers от быть на сцене с Jane's Addiction?

DAVE NAVARRO: Это как день и ночь. С Chili Peppers это немного меньше чем шоу одного человека. С ними внимание распределено немного более ровно по всей сцене. Хотя, в Jane's Addiction я чувствовал большую связь между членами группы. Хотя это довольно смешно, ведь я чувствую, что с перцами я больше дружен, чем я был с членами Jane's Addiction.

К концу существования Jane's Addiction бывали времена, когда я и Perry буквально ненавидели друг друга. Мы дрались на кулаках за сценой. Однажды во время выступления в Австралии мы начали драться прямо на сцене. Но даже с тем количеством ненависти и презрения, витавшего вокруг нас, я все еще чувствовал сильную связь с ним и со всеми другими, когда мы играли музыку.

GUITAR WORLD: Ты говорил, что на One Hot Minute есть некоторые песни, которые ты ненавидишь.

DAVE NAVARRO: Давайте просто скажем, что когда бы я слушал cd, есть некоторые песни, которые бы я пропустил. Например, "Tearjerker", "Walkabout" и, пожалуй, "One Hot Minute". Они мне ничего не говорят. Мне кажется, что они могли быть получше. Довольно сложно для меня слушать то, что могло быть лучше.

GUITAR WORLD: В прессе часто пишут, что-то типа "Dave не любит фанк, а остальные участники Red Hot любят".

DAVE NAVARRO: Я имел ввиду, когда говорил это, что мне не нравится слушать фанк. Это не мое. Но опять же, когда я играю с этими тремя парнями, которых я люблю и чувствую дух товарищества, то мне очень нравится исполнять фанк.

Бывали времена, когда я просто смеялся над тем, что я играю. Не знаю, имеет ли это какое-нибудь значение, но я люблю мрачную музыку. И в этом было нечто очень необычное, в том, что это было именно самым темным и мрачным, что я когда-либо делал. Гитарная часть в "Walkabout" - это самое темное, что я когда-либо играл. Но это совсем не то, что я чувствую. Это очень необычно для меня и иногда наводит на меня тоску.

GUITAR WORLD: Ни для кого не секрет, что все участники группы потребляли наркотики, иногда это приводило к серьезным проблемам. Не это ли еще один груз, который вы разделяете как друзья?

DAVE NAVARRO: Пройдя через большое количество боли, пытаясь разобраться в себе, мы все очень открыты и честно говорим, что чувствуем. Не думаю, что наша взаимная привязанность идет от того, что у нас одна трагедия. Привязанность идет от того, что мы все прошли через трагедию и остались людьми. Мы очень чувствительны друг к другу и действительно уважительно относимся к эмоциональной стороне каждого.

GUITAR WORLD: Был период, когда шли слухи, что все песни для One Hot Minute были уже готовы, но у Anthony (певца) были проблемы с текстами и он тормозил выпуск альбома.

DAVE NAVARRO: Не важно, кто тебя подгоняет, важно то, что человека нельзя заставить сделать хорошее произведение искусства. Anthony пишет о личных вещах. Иногда бывает непросто в них вникнуть, писать от сердца, как могут предположить люди, которые этим не занимаются. Я много слышал о его "писательском кризисе", но я бы это так не назвал.

GUITAR WORLD: А среди вас троих была озабоченность, когда вы ждали от него стихов, типа "Блин, а может он вообще ни о чем не думает?"

DAVE NAVARRO: Хочешь дипломатичного ответа на это? В Red Hot Chili Peppers один за всех и все за одного. Мы поддерживаем друг друга в его художественных поисках. Мы доверяем друг другу. И знали, что любовь и поддержка помогут ему сделать лучшее, на что он способен. Если вы это напечатаете, то я буду звучать слишком мило. Или как кусок дерьма.

GUITAR WORLD: Как рождалась гитарная составляющая этого альбома?

DAVE NAVARRO: Я старался записать как можно больше для того, чтобы это соответствовало моему представлению. Обычно, когда я шел в студию, я не обязательно знал, что я буду доканчивать или начинать делать. Обычно этот процесс живет своей собственной жизнью. Когда я отступаю назад и смотрю, что я понаделал, я начинаю думать, что можно удалить и какой гобелен можно из всего этого сплести. Я предпочитаю поступать так, а не идти в студию с конкретной идеей и желанием ее осуществить, потому что обычно в таких случаях у меня ничего не получается.

GUITAR WORLD: В конце "Coffee Shop" гитара становится грязнее и грязнее с фидбэком. Что ты делал, чтобы получились такие звуки?

DAVE NAVARRO: В середине конца я использую свой Boss-овский дилей. На нем установлено несколько задержек. Я ставлю его на бесконечный цикл поэтому задержки всегда повторяются. Когда сама песня закончена, дилей все еще работает. Я просто убавляю время задержки и переключаюсь между двумя настройками. Получается что-то типа "брррр.....кхекхе....бррр....кхе".

GUITAR WORLD: Что дает эти эффекты в "Falling Into Grace"?

DAVE NAVARRO: Heil Talk Box. Я включил его и играл всю песню только лишь одну ноту, за исключением припева, в нем звучал страт, воткнутый напрямую, очень чистый. Там на бридже есть E-bow. Я большой фэн E-bow и всегда им был. Также я использовал его на "One Big Mob".

GUITAR WORLD: Кто это, James Gabriel Navarro, который кричит на "One Big Mob"?

DAVE NAVARRO: Это мой маленький брат. Ему еще нету 14-ти месяцев. Я записал его голос на диктофон. Я собираю некоторые звуки на пленке, они могут потом пригодиться для чего-нибудь. Когда эта песня рождалась в студии, я не знал, что делать с этой секцией. Если бы я играл соло, то это было бы похоже на нечто в духе семидесятых. Anthony в этот момент не поет и я бился головой о стену, пытаясь найти что-либо, что можно было бы туда впихнуть. Потом я понял - "Уххты! Это же идеально сюда подходит." Я побежал домой, взял пленку с голосом моего брата. Кажется, что это в точности подходит под настроение песни.

GUITAR WORLD: Ты все еще общаешься с парнями из Jane's Addiction?

DAVE NAVARRO: О да. Мы с Flea играли на пластинке Porno for Pyros, которая сейчас выходит. Мы все еще друзья. Было здорово играть с Perry опять. Все было естественно и спокойно. Когда Perry пел, мне было даже немного не по себе. Есть что-то магическое в игре с ним. Ни с кем в мире так не получится. Мы сделали всего одну вещь, называется "Freeway".

GUITAR WORLD: Perry оказывал на тебя продолжительное влияние как человек и как артист?

DAVE NAVARRO: Определенно. Когда я начал играть с Jane's Addiction, то это было очень, по-детски, впечатлительно. У меня строгое мнение на счет того, какой должна быть музыка. И игра с ними в большой степени повлияло на него. Они открыли мне глаза на огромное разнообразие возможностей того, о чем может быть музыка, что она должна делать и что она должна давать людям. Это остается во мне и по сей день.

GUITAR WORLD: Есть шанс на то, что Jane's Addiction восстановится?

DAVE NAVARRO: Не думаю. Но я бы определенно поучаствовал бы.

GUITAR WORLD: В последнее время ты много играл с Alanis Morissette, этот трибьют Joy Division (A Means To An End: The Music Of Joy Division), ремикс Nine Inch Nails...

DAVE NAVARRO: Большинство из этого случилось просто в результате телефонного звонка от тех, кто там работал. Например, "Ты бы не хотел прийти и поигрйть на гитаре вот тут?" "Конечно." Alanis Morissette даже не было в студии, пока я для нее записывался. Студия была вниз по улице, и я был там уже через два часа. То же самое с Nine Inch Nails - я также не втретился с Trent Reznor.

GUITAR WORLD: Ты подумываешь о том, что может быть станешь сессионным гитаристом однажды?

DAVE NAVARRO: Вообще-то что бы я действительно хотел делать, так это продюссировать другие команды. Не обязательно работая на записывающей компании, но просто помогая группам, которые мне нравятся, стать популярными. Лично я не хочу выступать больше, когда мне будет за 30.

GUITAR WORLD: Есть планы по поводу еще одного сольника?

DAVE NAVARRO: О да! Я собираюсь много сделать. И они скорее всего будут малобюджетными, настоящими low-fi, сделанными здесь, в моей студии, и возможно распространяемыми бесплатно. Мне действительно нравится мысль делать бесплатные альбомы. Никакого маркетинга, никаких лейблов. Я сам за все заплачу, спродюссирую, оформлю и запишу. Потом приеду в музыкальный магазин и скажу "Вот пачка моих записей". И это будет конец. Я думаю, что смогу распространять тысячу дисков в год.

GUITAR WORLD: И никто не сможет обвинить тебя в том, что ты делаешь из музыки коммерцию.

DAVE NAVARRO: Я не чувствую, что продаю себя. Нет. Одно дело быть в группе, это как огромная машина. Но когда дело заходит о моих собственных чувствах, я не хочу и пытаться заработать на этом.

1996, перевод - Сергей Озерников